twonews.ru

«Мы берем то, что нам необходимо»

Происшествия
«Мы берем то, что нам необходимо»

Полномочный представитель президента РФ в ПФО Михаил Бабич о стратегических особенностях взаимодействия округа с Китаем

— В конце июня в Самаре состоялось третье заседание круглого стола руководителей регионов Приволжья и китайских провинций. Какой импульс в развитии этих отношений дан по итогам переговоров? Как настроены китайские партнеры и инвесторы?

— Наше взаимодействие с Китаем сейчас действительно вышло на совершенно новый, более высокий уровень. В первую очередь это связано с подписанием соответствующего меморандума в Шанхае, который очень четко определил приоритеты межрегионального сотрудничества. На сегодняшний день формат «Волга–Янцзы» уникален для страны, как по масштабам совместных проектов, так и по форме взаимодействия с китай­скими партнерами. Сейчас пять провинций и один город центрального подчинения Китайской Народной Республики связаны двусторонними соглашениями с 14 субъектами Приволжского федерального округа. Математически получается, что каждый регион округа имеет контракты одновременно с несколькими провинциями. В рамках взаимодействия только за этот год разработаны две «дорожные карты» по торгово-экономическому и гуманитарному сотрудничеству. Первая включает на сегодняшний день перечень из 73 инвестиционных проектов, вторая — 64 мероприятия в образовательной и культурной сферах. Причем содержание «дорожных карт» коррелируется с основными пунктами двусторонних межрегиональных соглашений. Основная задача круглого стола состояла в том, чтобы совместно с китайскими партнерами провести так называемую инвентаризацию проектов и мероприятий, посмотреть, насколько они реальны, и закрепить договоренности соответствующими соглашениями. Вторая часть работы была связана с визитом китайской делегации на молодежный форум iВолга. В этом году в рамках форума проходила российско-китайская смена, в которой принимали участие 150 ребят из Китая и столько же из России. Такой формат общения молодежи на уровне регионов состоялся впервые в новейших отношениях России и Китая. В ходе международной смены, которую мы разделили на несколько потоков, участники создавали инновационные проекты, совершенствовали свои лингвистические навыки, изучали культурные традиции двух стран, конечно, отдыхали и приобрели новых друзей.

— Почему настолько важно развивать сейчас культурное взаимодействие между нашими странами?

— Сразу подчеркну, что в нашем сотрудничестве с китайскими партнерами экономика первична. Мы нацелены на то, чтобы реализовывать конкретные инвестиционные проекты, способные развивать реальный сектор экономики. Но при этом нам важно охватить культурную, спортивную, образовательную и научную сферы. Потому что прежде всего это система взаимодействия между людьми. Через гуманитарно-образовательные программы партнеры из разных стран лучше узнают друг друга, начинают доверять. Появляется другой уровень взаимодейст­вия, основанный уже на личных отношениях. Почему именно молодежь? Да потому, что именно они через несколько лет придут в органы власти и крупные корпорации. Если люди знакомы с 18–20 лет, то есть высокая вероятность того, что следующие 25–30 лет они конструктивно поработают на благо обеих сторон.

— ПФО на сегодняшний день, пожалуй, единственный округ в России, который настолько тесно сотрудничает с Китаем. Причем работать в этом направлении мы начали задолго до того, как это взаимодействие стало наиболее приоритетным вектором внешней политики страны. Почему 1,5 года назад вами был выбран именно Китай?

— Если говорить в целом, то Китай достаточно давно, если не всегда, был приоритетным направлением во внешней политике нашей страны. Конечно, на разных исторических этапах наши отношения складывались по-разному. Почему это важно сегодня? По нескольким причинам. Сейчас, конечно, принято считать, что такое активное взаимодействие имеет политическую подоплеку, однако это не совсем так. Первая, и самая главная, причина — это развитие торгово-экономических отношений. Китай, как и весь азиатский рынок, — это быстро развивающаяся экономика с огромным количеством населения и значительным объемом потребления. Большим, чем на Западе. Там динамично развивающаяся экономика и мощный инновационный сектор. Все то, что сегодня нам жизненно необходимо для развития собственной экономики. Если вернуться к тем проектам, которые мы планируем реализовать в округе, то они отобраны в таких сферах, как машиностроение, автомобилестроение, авиастроение, нефтехимия, агропромышленный и лесоперерабатывающий комплексы. Это не нефть и не газ, а те отрасли, в которых нам нужны технологии, оборудование, которыми мы не располагаем. Нам в разумных пределах необходимы даже трудовые ресурсы, которые сегодня могли бы компенсировать сложившийся дефицит на российском рынке труда. В Китае все это есть. Поэтому нам интересно и поставлять туда свою продукцию, и получать от них компетенции, которые нам необходимы. Нужно создавать совместные предприятия, чтобы этот опыт локализовать на территории России. Безусловно, нельзя сбрасывать со счетов политический фактор. Не потому что где-то у нас отношения лучше, а где-то хуже. Просто необходимо дифференцировать интересы. Они должны быть распределены сбалансированно и равномерно. Скажите, зачем поставлять весь свой газ исключительно европейским партнерам, если помимо Запада есть огромный рынок потребления на Востоке? Я считаю, что такая диверсификация выгодна экономически, да и к тому же политически безопасна.

— Можно ли уже сейчас оценить общий объем инвестиций в заявленные к реализации проекты и каков ожидаемый бюджетный эффект для округа?

— Итоговые цифры можно будет назвать после заключения контрактов, а сейчас важно то, что нам удалось преодолеть элементы недоверия и бюрократии, которые не позволяли раньше продвигать эти проекты. Нам с китайской стороной удалось договориться по подходам. Мы смогли им донести, что нас интересует высокотехнологичное производство, которое сейчас в России находится в менее конкурентоспособном состоянии. В результате мы будем расти и развиваться благодаря этим технологиям и инвестициям, а не просто предоставлять свою территорию для очередного сборочного производства.

— Исторически сложилось, что к Китаю и к выпускаемой там продукции российские производители относятся крайне настороженно, поскольку им сложно выдерживать конкуренцию по ценовому критерию. Проводились ли уже какие-то встречи с отечественными промышленниками? Не высказывали ли они опасения по поводу такого тесного сотрудничества с китайской стороной?

— Все опасения, которые были, в обязательном порядке нами учтены. Мы отбирали инвестпроекты таким образом, чтобы не создавать нездоровую конкуренцию нашим промышленникам. Безусловно, конкуренция необходима для развития, но мы не должны тем самым ухудшить положение своих производителей. Там, где у нас экономика развивается, где производство создано и работает как на внутренний, так и на внешний рынки и есть потенциал развития, там мы искусственно создавать сложные условия не будем. Разговор идет только о тех нишах, которые либо свободны, либо нуждаются в новых технологиях и на сегодняшний день неконкурентоспособны. Еще один вариант сотрудничества с Китаем — создание совместных предприятий на территории округа. Механизм взаимодействия следующий: китайские партнеры приходят к нам со своими технологиями, производствами и рынками сбыта. Создают предприятие с российскими партнерами, которые в свою очередь представляют интересы нашей страны и сбыт на внутреннем рынке. За китайской стороной — внешние рынки: сбыт в Центральной и Юго-Восточной Азии. Если говорить в целом об опасениях, то все проекты, предложенные к реализации, отобраны самими регионами. Они предложили то, что им реально необходимо. Свободные ниши, которые они ни собст­венными ресурсами, ни привлеченными инвестициями заполнить пока не могут. Признаюсь, предложений у китайской стороны было значительно больше, но мы договорились о реализации тех проектов, где нужны инвестиции нашим регионам.

— Кто-то из инвесторов округа планирует разместить свои производства в Китае?

— Для того, чтобы направить отечест­венное производство в Китай, оно должно быть максимально конкурентоспособным. Пока мы берем то, что нам необходимо. Китай, кстати, в свое время развивался точно так же. Сначала к ним приходили инвесторы, осуществляли локализацию производства на территории — обучали местный персонал, привозили свои технологии, открывали рынки сбыта. Потом, когда китайцы встали на ноги и научились делать то же самое, они потихонечку забрали свой внутренний рынок. А сейчас активно выходят на экспорт.

— Как округ намерен развивать взаимодействие с европейскими партнерами в свете последних геополитических событий?

— С европейскими партнерами мы намерены работать конструктивно, как, впрочем, и сейчас. По большому счету, каких-то серьезных проблем у нас с ними нет. Все проекты, которые были в работе, развиваются. Я вам больше скажу: сейчас европейцы, понимая, что в какой-то степени зависят от политических амбиций своих правительств, начинают создавать определенные заделы. Стараются увеличить те объемы продукции, которые они забирают из России и которые им жизненно необходимы для своих производств. Начинают контрактоваться на длительные периоды, чтобы застраховать себя от политических рисков. То есть, по большому счету, сложившаяся ситуация в какой-то степени сыграла нам на руку. Россия — большой, интересный рынок для многих европейских государств. Терять его никто не хочет. Люди бизнеса гораздо мудрее. Политики приходят и уходят, а экономика остается. И ориентироваться наши партнеры прежде всего должны на свои экономические интересы.

Беседовала Елизавета Зубакина

Источник: www.kommersant.ru